mmikhailm (mmikhailm) wrote,
mmikhailm
mmikhailm

Categories:

О "ДИКТАТУРЕ" ПАРТИИ И ВОЖДЕЙ

#Политика@prorivists



Однопартийная система у антисоветчиков трактуется в двух вариантах: первый — это диктатура партии, «класса бюрократов» над пролетариатом, над обществом; второй – это диктатура одного человека — лидера партии — над обществом. Варианты эти не являются взаимоисключающими, т. к. оба провозглашают, что диктатуры пролетариата в СССР якобы не было.

Левых дурачков, радостно подхватывающих либеральные тезисы о «советской диктатуре», совершенно не беспокоит то обстоятельство, что у классиков спокойно сосуществуют вместе два понятия: пролетарская демократия и диктатура пролетариата. Большая ложь либерализма заключается в противопоставлении демократии и диктатуры, ибо всякая власть, в том числе и демократическая, есть диктатура, т. е. железная власть того или иного класса. Вторая большая ложь либерализма заключается в отождествлении власти и управления. Давайте же разберемся подробнее, что такое власть.

В период первобытного коммунизма власти не было. Как указывал Энгельс в «Анти-Дюринге», «власть» вождя и старейшин основывалось не на дубине, не на насилии, а на глубоком уважении соплеменников. Вождь, будучи самым сильным и смелым членом общины, и совет старейшин, как наиболее старых, а значит умудренных жизненным опытом людей, осуществляли управление общиной, но не властвовали над ней. А вот когда образовалась частная собственность на стада и на землю, когда община расслоилась на имущих и неимущих, вот тогда и возникла потребность в насильственном удержании сложившегося порядка вещей — во власти. Для удержания неимущих масс от экспроприации грабителей-собственников было создано государство — аппарат для осуществления насилия. Государство не есть источник власти, как кажется обывателям, государство есть лишь орудие власти. Источником же власти является собственность, именно поэтому, когда марксист говорит о власти, он имеет в виду экономическую власть, ибо экономическая власть рождает политическую столь же неизбежно, как удар двух кусочков кремния друг о друга с известной силой рождает искру.

Обывательскому сознанию постоянно кажется, что возможна внеклассовая единоличная власть, такая власть, которая осуществляется в интересах лишь одного человека — деспота. Однако подобная внеклассовая власть есть иллюзия. Иллюзия эта рождается из-за обывательского представления о том, что власть, якобы, позволяет меньшинству возвыситься над большинством, в то время, как реальный порядок вещей обратный — для существования власти необходимо, чтобы было меньшинство, живущее за счет трудового большинства; иначе говоря, власть есть инструмент для удержания такого положения в обществе, когда меньшинство может паразитировать на труде большинства. Любой деспот, если он хочет подольше удержаться на троне, вынужден считаться с интересами правящего класса, если же деспот забывает об этом, то, как показывает нам история, такого деспота достаточно быстро убивают, причем собственные же телохранители. С другой стороны, деспот может искренне считать, что он действует сугубо в личных интересах, но при этом быть объективно выразителем интересов правящего класса, учитывая, что сам деспот чаще всего является представителем правящего класса.

Теперь, что касается советского государства. Как указывал Ленин, советское государство уже не вполне государство, оно суть отмирающее государство. Многие оппортунисты исказили это марксистское положение: будто бы государство должно начать немедленно отмирать, поэтому, когда при Сталине стало происходить усиление государства, его обвинили в измене марксизму. Подобное обвинение — несусветная чушь.

«Только в коммунистическом обществе, когда сопротивление капиталистов уже окончательно сломлено, когда капиталисты исчезли, когда нет классов (т. е. нет различия между членами общества по их отношению к общественным средствам производства), — только тогда «исчезает государство и можно говорить о свободе» — объясняет Ленин.

Иначе говоря, отмирание государства возможно лишь экономически, путем сокращения рыночных отношений, когда у потенциальных жуликов и спекулянтов нет никакой возможности реализовать свои паразитические наклонности. Естественно, что по мере усиления сопротивления свергнутых классов пролетарское «государство» будет усиливаться, но усиление это означает совершенствование методов подавления эксплуататоров, т. е. меньшинства населения, а раз так, значит говорить о возрождении государства без кавычек в этой связи просто нелепо. Реальное возрождение государства началось вместе с возрастанием рыночных отношений, когда возникла советская буржуазия, т. н. «цеховики». Строго говоря и советская власть уже не вполне власть. Ведь ее целью не является удержание на веки вечные господства рабочего класса, напротив, ее цель – ликвидация всех классов.

Перейдем теперь к вопросу о партии, вождях и массах. Противопоставление партии или вождей массам — старейший из либеральных и оппорутнистических трюков. На деле же подобные умозрения не выдерживают критики. Массы делятся на классы, в чем мы смогли уже убедиться, классами же во всех странах, более-менее цивилизованных, руководят политические партии, сами же партии ни с неба падают, разумеется, они выходят из недр того или иного политически зрелого класса. Думаю, это достаточно понятно. Но а что же по поводу вождей? В работе «Что делать?» Ленин отвечает нам так:

«Возьмите немцев. Надеюсь, вы не станете отрицать, что у них организация охватывает толпу, все идет от толпы, рабочее движение научилось ходить своими ногами? А между тем как умеет эта миллионная толпа ценить „десяток“ своих испытанных политических вождей, как крепко держится она за них! В парламенте бывало не раз, что депутаты враждебных партий дразнили социалистов: „хороши демократы! на словах только у вас движение рабочего класса, — а на деле выступает все та же компания вожаков. Все тот же Бебель, все тот же Либкнехт из года в год, из десятилетия в десятилетие. Да ваши якобы-выборные делегаты от рабочих более несменяемы, чем назначаемые императором чиновники!“ Но немцы встречали только презрительной усмешкой эти демагогические попытки противопоставить „вожакам“ „толпу“, разжечь в последней дурные и тщеславные инстинкты, отнять у движения его прочность и его устойчивость посредством подрыва доверия массы к „десятку умников“. У немцев достаточно уже развита политическая мысль, достаточно накоплено политического опыта, чтобы понимать, что без „десятка“ талантливых (а таланты не рождаются сотнями), испытанных, профессионально подготовленных и долгой школой обученных вождей, превосходно спевшихся друг с другом, невозможна в современном обществе стойкая борьба ни одного класса. Немцы видывали и в своей среде демагогов, которые льстили „сотням дураков“, превознося их над „десятками умников“, льстили „мускулистому кулаку“ массы, возбуждая ее (подобно Мосту или Гассельману) на необдуманно „революционные“ действия и поселяя недоверие к выдержанным и стойким».

Вождь, а точнее говоря кандидат в вожди, своим словом и делом доказывает свое право вести за собою массы; когда практика доказывает, что решения личности ведут от одной победы к другой, массы признают такую личность своим вождем и идут следом за ним. В этом заключается отличие вождя от начальства. Конечно, теоретически начальник может быть вождем для своих подчиненных, но всё-таки начальнику, обыкновенно, подчиняются не из-за того, что чувствуют верность его решений, а из-за палочного страха. Так возможно ли, чтобы вождь палочным методом принуждал партию подчиняться ему? Нет, ведь партия, ее центр, — это и есть «два десятка спевшихся умников», т. е. вождь и его соратники! Рядовые же партийцы понимают, что без вождей «невозможна в современном обществе стойкая борьба ни одного класса», поэтому подчиняются им. А возможен ли диктат партии над обществом, может ли партия при помощи страха перед палкой принуждать массы подчиняться? Опять же нет. Чтобы массы, пролетарские массы пошли за партией она обязана доказать свою авангардную роль. Партия большевиков под руководством Ленина, а затем Сталина доказала ее, поэтому-то за партией шли, ей беспрекословно подчинялись, за нее отчаянно боролись на полях Гражданской и Великой Отечественной войны.

Когда же случился хрущевский переворот и партия из «десятка спевшихся умников» превратилась в десяток спевшихся дураков и предателей, она утратила свою авангардную роль. Партия объективно действовала в интересах враждебных классов. Как мы уже разобрались, неважно сколько прошло лет с момента обобществления средств производства, разбитые эксплуататорские классы не исчезают, они просто уходят в тень, тихо ожидая своего часа, и в 1956-м году они дождались своего часа, вышли из сумрака и радостно облепили Хрущева, словно осы мякоть арбуза. Почувствовав себя значимой фигурой, Хрущев стал пытаться изображать из себя вождя рабочего класса, да только ничего, кроме хлестких анекдотов в ответ не получил, ибо рабочий класс видел, чего стоит этот «вождь».

https://prorivists.org/totalitarianism/


____________________________________________________________________
Некоторые аспекты концепции тоталитаризма
prorivists.org

____________________________________________________________
https://vk.com/prorivists?w=wall-156278021_14101

Tags: #Политика, Фото Видео Цитаты, Что делать?
Subscribe

Recent Posts from This Journal

  • ОБ ИСТОРИЧЕСКИХ ФАКТАХ

    #История@prorivists Запутавшиеся в буржуазной "лапше" на тему истории, нередко видят выход из "трёх сосен" за принятием очевидных фактов,…

  • О буржуйской "науке"

    Станет ли ношение масок постоянным записки зубного детектива 83 492 подписчика «Маску должны носить все и всегда, независимо от наличия эпидемии.…

  • (no subject)

    Юрий Широков07.04.2021 17:42#+3 Успел сохранить видео на яндекс-диск. Смотрите и скачивайте. https://disk.yandex.ru/i/g66JFtjyLZTCSw, сообщает…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments