mmikhailm

Categories:

Методология


Итак, всякому учёному, в том числе физику, и вообще всякому человеку необходимо овладеть диаматической методологией. Но что это означает?

Метод — это путь, способ исследования, мышления. Он может быть метафизическим, что означает исследование частностей без общей картины, исследование каких-либо «отдельностей» вне их всеобщей связи, таким образом, исследование, в ходе которого утрачивается возможность увидеть действительное развитие. В основе метафизики лежит противопоставление индукции дедукции, анализа синтезу, эмпиризма рационализму. Чисто метафизическим мышление человека не может быть в принципе, но метафизика радикально сковывает творческий потенциал интеллекта.

Либо метод должен быть подлинно научным, то есть диалектико-материалистическим. Диаматика, как метод, есть отрицание всех ненаучных способов мышления путём синтеза их полезных качеств.

«Марксистская диаматика творчески пересмотрела содержания и противоречия этих методов и осуществила их отрицание как суверенных методологий, конкурирующих друг с другом, и осуществила научный синтез всех исторических методологических находок и догадок в системный метод научного познания бытия через отрицание, прежде всего, заблуждений, порожденных односторонностью» — Подгузов.

Диаматический синтез полезных качеств всех известных ненаучных методов мышления привёл к следующему результату. Первым делом — к рассмотрению мироздания в единстве как связанного единого целого. Отсюда следует, подход к явлениям как органически связанным, зависящим друг от друга и обусловливающим друг друга. Далее, рассмотрение явлений исключительно в движении, развитии, а именно с точки зрения их возникновения и отмирания. Отсюда, следовательно, развитие — это внезапный качественный скачок в результате постепенного накопления закономерных количественных изменений. И последнее: причиной самодвижения всех явлений мироздания является имманентная им внутренняя противоположность отживающего и развивающегося, положительного и отрицательного, короче говоря, единство и «борьба» противоположностей. Диалектика, по словам Ленина, собственно говоря, и является учением о единстве противоположностей, то есть учением, позволяющим научно рассматривать явления в их самодвижении, в их живой жизни.

«Марксистский диалектический метод характеризуется следующими основными чертами:
1) В противоположность метафизике диалектика рассматривает природу не как случайное скопление предметов, явлений, оторванных друг от друга, изолированных друг от друга и не зависимых друг от друга, — а как связное, единое целое, где предметы, явления органически связаны друг с другом, зависят друг от друга и обусловливают друг друга.
Поэтому диалектический метод считает, что ни одно явление в природе не может быть понято, если взять его в изолированном виде, вне связи с окружающими явлениями, ибо любое явление в любой области природы может быть превращено в бессмыслицу, если его рассматривать вне связи с окружающими условиями, в отрыве от них, и, наоборот, любое явление может быть понято и обосновано, если оно рассматривается в его неразрывной связи с окружающими явлениями, в его обусловленности от окружающих его явлений.
2) В противоположность метафизике диалектика рассматривает природу не как состояние покоя и неподвижности, застоя и неизменяемости, а как состояние непрерывного движения и изменения, непрерывного обновления и развития, где всегда что-то возникает и развивается, что-то разрушается и отживает свой век.
Поэтому диалектический метод требует, чтобы явления рассматривались не только с точки зрения их взаимной связи и обусловленности, но и с точки зрения их движения, их изменения, их развития, с точки зрения их возникновения и отмирания.
Для диалектического метода важно прежде всего не то, что кажется в данный момент прочным, но начинает уже отмирать, а то, что возникает и развивается, если даже выглядит оно в данный момент непрочным, ибо для него неодолимо только то, что возникает и развивается.
3) В противоположность метафизике диалектика рассматривает процесс развития, не как простой процесс роста, где количественные изменения не ведут к качественным изменениям, — а как такое развитие, которое переходит от незначительных и скрытых количественных изменений к изменениям открытым, к изменениям коренным, к изменениям качественным, где качественные изменения наступают не постепенно, а быстро, внезапно, в виде скачкообразного перехода от одного состояния к другому состоянию, наступают не случайно, а закономерно, наступают в результате накопления незаметных и постепенных количественных изменений.
Поэтому диалектический метод считает, что процесс развития следует понимать не как движение по кругу, не как простое повторение пройденного, а как движение поступательное, как движение по восходящей линии, как переход от старого качественного состояния к новому качественному состоянию, как развитие от простого к сложному, от низшего к высшему.
4) В противоположность метафизике диалектика исходит из того, что предметам природы, явлениям природы свойственны внутренние противоречия, ибо все они имеют свою отрицательную и положительную сторону, свое прошлое и будущее, своё отживающее и развивающееся, что борьба этих противоположностей, борьба между старым и новым, между отмирающим и нарождающимся, между отживающим и развивающимся, составляет внутреннее содержание процесса развития, внутреннее содержание превращения количественных изменений в качественные.
Поэтому диалектический метод считает, что процесс развития от низшего к высшему протекает не в порядке гармонического развертывания явлений, а в порядке раскрытия противоречий, свойственных предметам, явлениям, в порядке „борьбы“ противоположных тенденций, действующих на основе этих противоречий» — Сталин.

Окончание «логия» у слова методология добавляет к диаматическому методу, то есть к способу исследования, рассмотрения, как минимум ещё наиболее общие, то есть фундаментальные, философские категории. Таким образом, «метод» и «логос» должны соединяться в ходе практической работы, в ходе «столкновения» с реальной живой жизнью, будь то политика или научные изыскания.

«К сожалению, современные левые акционисты так и не поняли, что диаматический подход не исчерпывается знанием формулировок трёх законов диаматической логики. Он предполагает знание и использование всего категориального аппарата, т.е. всего комплекса терминов с абсолютно однозначным смыслом, признаваемых в рамках марксистской философской школы, отражающих всеобщие, общие законы и конкретные моменты бытия, прежде всего, общественного» — Подгузов.
«Методология вообще придаёт мышлению стройность и последовательность во всех случаях, когда мыслитель сталкивается с многофакторной объективной реальностью, производящей, при первом знакомстве, впечатление хаоса» — он же.
«Открытие законов методологии материалистического мышления не может осуществляться строго из самого мышления. Диалектико-материалистические знания человек может приобрести, лишь решая реальные практические задачи, поставленные природой, материальным общественным бытием, а не чтением священных книг» — он же.

Философская категория — это, во-первых, предельно общая научная абстракция, богатство содержания которой гарантирует систематизацию и согласованное включение всякого частного факта или ряда фактов. Во-вторых, это понятие о явлении, которое не допускает произвольного толкования. В-третьих, это понятие, отражающее объективные законы, формы или стороны объективной материальной действительности, узловые пункты познания. Философская категория всегда предполагает её полное соответствие всей общественно-исторической практике человечества.

«Слово „категория“ принято, во-первых, для обозначения таких терминов, которые являются инструментами и элементами гарантированно мудрого, т.е. философского мышления, но, прежде всего, в вопросах мировоззрения, а не в теоретической механике или неорганической химии. Во-вторых, слово „категория“ применяется для обозначения такого понятия об объективном или субъективном явлении, которое не допускает иного толкования, кроме уже принятого в данной философской школе, в нашем случае, марксистской. Если марксисты хотят двигаться к научной истине, то они обязаны наполнить все эти слова в своём сознании бескомпромиссно категорическим, безапелляционно научным содержанием, противоположным идеалистическому толкованию этих же слов» — Подгузов.

Стало быть, фундаментальная категория означает предельно общее, лежащее в основе, главенствующее над остальными, понятие. Понятие о всеобщем.

«Перед человеком сеть явлений природы. Инстинктивный человек, дикарь, не выделяет себя из природы. Сознательный человек выделяет, категории суть ступеньки выделения, т.е. познания мира, узловые пункты в сети, помогающие познавать её и овладевать ею» — Ленин.

Первичным понятием для всякой последовательной философии является понятие бытия. Бытие в диаматике — это понятие всех отдельностей или частностей, взятых сразу и во всех их взаимосвязях. Бытие, следовательно, есть объективная реальность и как первичное свойство присуще всем частностям, то есть всему. Бытие бесконечно и принципиально не может быть конечным. Фундаментальными частностями бытия являются пространство, время и движущаяся материя. Это, стало быть, фундаментальные категории бытия. В свою очередь движущаяся в пространстве и существующая во времени материя характеризуется, в первую очередь, следующими узловыми категориями: качество и количество, мера, вещь, свойство, сущность, тождество и противоположность. Противоположность и тождество в некотором смысле также применимы при рассмотрении пространства и времени, однако, во-первых, в совершенно чистом, абсолютном виде, во-вторых, с известной степенью схематизма.

«Есть простое русское слово, оно состоит всего из трёх букв — ВСЁ. Слово „бытие“ и есть синоним существительного „всё“, одновременно, являющегося синонимом слова „бесконечность“. Когда философы применяют русское слово „всё“, то говорящие имеют в виду и бесконечное прошлое, а потому и наличествующее, и бесконечное будущее материи, времени и пространства во всех их связях.
Категория „всеобщее“ состоит из двух конкретных понятий: „всё“ и „общее“ потому, что относительно бытия мало сказать „всё“. Нужно иметь в виду, что эта категория обозначает объективное наличие всех этих компонентов бытия, а также неразрывность связей всех элементов бытия со всеми его элементами, т.е. целокупность всех объективных и субъективных компонентов бытия. Для всех существующих форм общим является то, что они материальны, а для всех форм движения общим является то, что они суть изменений, происходящих во времени, как и с самим временем, что все материальные формы объёмны потому, что они заполнены материей, а само пространство — бесконечно» — Подгузов.

Итак, бесконечное и всеобщее бытие представлено в комплексе объективных реальностей: пространства, времени и материи. Пространство, время и движущаяся материя — это основные элементы мироздания, объективные реальности. Однако они разнородны, то есть являются противоположностями. В этом плане они мысленно отделены друг от друга. Но только мысленно. Пространство и время — это нематериальные объективные реальности.

Пространство и время неизменяемы, абсолютны. В противоположность этому абсолютному покою — пространству — и абсолютному бессодержательному движению — времени — материя абсолютна изменчива в своих формах. Таким образом, если время и пространство неизменны, значит всё многообразие и изменчивость форм мироздания есть имманентное свойство материи. Именно изменяемость, то есть количественное, и как следствие качественное движение, и неизменяемость, то есть абсолютность, составляют противоположность материи с пространством и временем. А их единство, в свою очередь, мы и называем бытием.

Так, пространство — это философская категория объективной реальности в виде абсолютного покоя. Никакой иной абсолютный покой, кроме пространства, немыслим и по определению является абсурдом. Отсюда следуют главные характеристики абсолютного покоя: пространство целостно и бесконечно.

«Пространство — это философская категория, принятая для обозначения объективной реальности в виде абсолютного покоя, совершенно независящего от нашего сознания, не имеющего иных свойств, кроме абсолютно непрерывной протяженности от — до + бесконечности. А поскольку пространство целостно и бесконечно, постольку ему совершенно некуда перемещаться и оно единственно, во всем мироздании, неподвижная объективная реальность. Именно это свойство пространства, во-первых, заставляет нас передвигаться, ибо никакая точка пространства не приблизиться к вам сама, а во-вторых, это свойство пространства позволяет „назначить“ любую произвольно взятую точку пространства, точкой отсчёта, на чём, собственно, и зиждется вся, например, аналитическая геометрия.
Пространство монолитно, т.е. объективно не состоит из каких бы то ни было „корпускул“. Оно дискретно только в нашем воображении. Оно не тождественно объёму. Любая мыслимая единица объема, какой бы значительной она нам не казалась, по отношению к пространству является идеальной геометрической точкой, размерами которой можно всегда пренебречь, если речь идет действительно о пространстве. В любом уголке пространства материальное тело, поле, луч способны менять свой объём — сжиматься или расширяться, искривляться или вытягиваться, но это никак не влияет на бесконечное пространство» — Подгузов.

Время — это философская категория объективной реальности в виде абсолютно чистого движения. Никакое абсолютно чистое движение, кроме времени, немыслимо и абсурдно. Отсюда следуют, главные характеристики чистого движения — время необратимо, поступательно и «движется» текущим моментом из бесконечного прошлого. Если не было бы текущего момента, то абсолютное движение было бы неотличимо от абсолютного покоя. Именно момент настоящего позволяет «определять» движение.

«Учение о пространстве и времени неразрывно связано с решением основного вопроса гносеологии: представляют ли из себя наши ощущения образы тел и вещей, или тела суть комплексы наших ощущений» — Ленин.
«Время — философская категория, принята для обозначения объективной реальности в виде абсолютно чистого движения независящего от нашего сознания, более чистого, чем движение идеальной точки в кинематике. Время выступает в виде всеобщей необратимой поступательности, характеризующейся непрерывностью и протяженностью от минус вечности до текущего момента. Время для метафизика загадочно именно тем, что оно конечно и в то же время бесконечно. Но как бы бесконечно не прирастало время, он остается всего навсего временем и никогда ни во что не переродится. Время, в любой количественной определенности не меняет своих свойств, не совершает качественных скачков и, следовательно, время есть нескончаемое движение, никогда не возникавшее и не способное исчезнуть, свободное от какого бы то ни было многообразия, синхронно „текущее“ для всех точек пространства, не способное отразить что бы то ни было. Время не влияет непосредственно на происходящие процессы, но отражается во всем сущем, как в относительно покоящемся, так и в относительно движущемся. Время, как и пространство, целостно. Оно приобретает дискретность только в нашем сознании.
Время как объективная реальность безразлично к тому, как и кто его измеряет. Время и пространство связаны между собой таким образом, что любые, сколь угодно удаленные друг от друга материальные „точки“ пространства, независимо от их скорости, находятся в одном и том же моменте времени, абсолютно индифферентном к тому, к какому „другому“ измерению Вы, субъекты, его относите и что вам кажется, когда вы движетесь к источнику света или от него.
Время охватывает своим движением всё бесконечное пространство, а пространство движется только во времени, стареет не старея, как не может состарится сама бесконечность. Существование „точек“ пространства в одном и том же времени не означает, что если для вас ещё не наступило завтра, то пространство существует только сегодня, а за пределами „сегодня“ пространства нет. Пространство существует вообще, сразу, всегда и везде, независимо от времени и только поэтому мы можем планировать свои перемещения в неуничтожимом и вездесущем пространстве» — Подгузов.

Вместе с тем, пространство предстаёт в виде бесконечной непрерывности, а время, в свою очередь бесконечного чистого движения.

Материя — это философская категория объективной реальности в виде движущегося в пространстве и существующего во времени бесконечного множества конечного. Отсюда следуют главные характеристики материи: бесконечная разнообразность, неповторимость, дискретность и изменчивость, в том числе развитие.

«Материя есть философская категория для обозначения объективной реальности, которая дана человеку в ощущениях его, которая копируется, фотографируется, отображается нашими ощущениями, существуя независимо от них. Поэтому говорить о том, что такое понятие может „устареть“, есть младенческий лепет, есть бессмысленное повторение доводов модной реакционной философии. Могла ли устареть за две тысячи лет развития философии борьба идеализма и материализма? Тенденций или линий Платона и Демокрита в философии? Борьба религии и науки? Отрицания объективной истины и признания ее? Борьба сторонников сверхчувственного знания с противниками его?
Вопрос о том, принять или отвергнуть понятие материи, есть вопрос о доверии человека к показаниям его органов чувств, вопрос об источнике нашего познания, вопрос, который ставился и обсуждался с самого начала философии, вопрос, который может быть переряжен на тысячи ладов клоунами-профессорами, но который не может устареть, как не может устареть вопрос о том, является ли источником человеческого познания зрение и осязание, слух и обоняние. Считать наши ощущения образами внешнего мира — признавать объективную истину — стоять на точке зрения материалистической теории познания, — это одно и то же» — Ленин.
«Материя — категория, принятая для обозначения объективной реальности в виде бесконечного множества конечного, движущегося в пространстве и во времени, способного из бесконечного множества своих элементов образовывать бесконечное же множество их сочетаний и группировок, которые, в свою очередь, порождают бесконечное множество разнородных объектов макро и микромира, данных нам в ощущения.
Трудность дефиниции материи состоит в том, что это предельно общая категория, „общее“ которой придумать невозможно.
Материя, в отличие от пространства и времени, бесконечно дискретна, разнообразна и подвижна. Сложность процесса постижения сущности материи обусловлена тем, что её невозможно остановить, чтобы идентифицировать с одним из уже более или менее познанных материальных объектов, с протоном или с Плутоном. Материя, позволяя субъектам пощупать свои отдельные проявления (от Луны до пылинки), остается неуловимой, с точки зрения тривиального мышления: „А из чего сделана материя?“. Обывателя мало успокаивает ответ, что материя „сделана“ из… материи и, что все, что мы ощущаем, помимо пространства и времени, „сделано“ из материи.
Слово „материя“ обозначает „вещный“ элемент мироздания, до определённого предела данный нам в ощущение и, в то же время, бесконечно ажурный, „матрёшкоподобный“, когда в каждой „последней“ элементарной частице содержится бесконечное множество не менее дискретных „матрёшек“. Материю можно познавать последовательно, переходя от одного её уровня к другому, во всем многообразии каждого уровня, но никогда нельзя достичь последнего уровня и именно это особенно раздражает демократов.
В материи нет ничего мистического и в то же время она неуловима для тех, кто пытается найти первую монолитную частицу, абсолютно однородную и при любой, сколь угодно высокой степени расщепления, не меняющую своих свойств. Демократу не дано понять, что после каждого очередного открытия „дефекта массы“, „позволяющего“ объявить материю исчезающей, материалист услужливо-садистски подсунет ему для очередного расщепления, но не один, а несколько всевозможных „мезонов“, „безонов“ и т.п., в цепной прогрессии.
Таким образом, из трёх основных элементов мироздания только материя, будучи такой же объективной реальностью, как пространство и время, имеет особую, отличную от них природу, которая позволяет материи порождать бесконечно многообразные формы своего существования и движения. Материя изменяется, т.е. развивается, а время не позволяет ей ни секунды топтаться на месте, вынуждая всех, не желающих двигаться, дряхлеть.
Как объективные реальности, пространство, время и материя — разнородные явления, они есть противоположности и только в этом своём свойстве, они допускают их обособление в сознании. Но поскольку материя существует в пространстве и она сама объемна, то, в наиболее поверхностных умах, её объёмность отождествляется с самим пространством. Материя занимает пространство, но это вовсе не означает, что она и есть пространство. Пространство должно содержать в себе материю, но это не означает что пространство материально.
Материальна и, в то же время, пространственна, незыблема в факте своего бытия и изменчива в своих формах — только сама материя.
Таким образом, если пространство неизменно, а время монотонно и бессодержательно „текуче“, то ничего другого не остается, как утверждать, что всё многообразие и изменчивость форм, окружающего нас мира, есть имманентное свойство самой материи и только материи» — Подгузов.

Смотрите подрбнее о диаматическом понимании данных категорий в данной публикации.

Почему невозможно дать принципиально иную материалистическую трактовку бытия и его фундаментальных частностей-категорий: пространства, времени и материи? Потому что само наше мышление есть отражение объективной «логики» вещей, то есть законов бытия. Вопрос лишь в добросовестном и самокритичном подходе к процессу познания, то есть в последовательности рассуждений. Да и сама «последовательность» есть ни что иное как проявление и отражение диалектики бытия. Идеалист обязательно примешает к рассуждениям об объективной реальности что-нибудь человеческое — идею, дух, волю, бога. Либо, будучи позитивистом, вовсе отбросит всякие рассуждения о всеобщем и общем, однако на деле удариться в махровую мистику. Недобросовестный материалист, то есть вульгарный метафизик или оппортунист, никогда прямо не скажет о чем-то сверхприродном, но «протащит» идеализм в частностях, на первый взгляд мелких и мельчайших вопросах, которые по факту перевернут материализм с ног на голову.

«Над всем нашим теоретическим мышлением господствует с абсолютной силой тот факт, что наше субъективное мышление и объективный мир подчинены одним и тем же законам и что поэтому они не могут противоречить друг другу в своих конечных результатах, а должны согласоваться между собой. Факт этот является бессознательной и безусловной предпосылкой нашего теоретического мышления» — Энгельс.

Таким образом, диаматические категории «пространство», «время», «материя» и их единение, называемое бытием, — аксиомы — подтверждение факта принципиальной адекватности мышления в целом и, стало быть, предпосылка всякого подлинно научного познания. Отказ от признания этой аксиомы неминуемо влечёт к ошибкам во всяком мышлении о чём бы то ни было.

«В марксизме категорией называется не тот термин, о словарном значении которого удалось договориться голосованием, а тот, расшифровка содержания которого соответствует всей общественно-исторической практике или, если смысл этой категории аксиоматичен для лиц без отклонений в физиологии функционирования их головного мозга» — Подгузов.
«В отличие от физика-теоретика, не уделявшего должного внимания методологии, диаматик, начиная движение в исследуемом материале, всегда руководствуется аксиомой, гласящей, что в мире нет ничего, кроме материи, образующей бесконечное множество форм физических тел, макрообразований и микрочастиц, которые двигаются в бесконечном пространстве и в бесконечном времени» — он же.

Теперь, что касается основных философских категорий, которыми невозможно не оперировать после разрешения сущности бытия и его коренных элементов — пространства, времени и движущейся в пространстве, существующей во времени материи. Каждая «частичка» материи имеет непосредственную внутреннюю определённость, конкретность. Для удобства такую единицу материи принято называть вещью, хотя «процесс» по смыслу подходит лучше, потому что все вещи непрерывно изменяются, движутся. Из того, что каждая вещь имеет конкретную бесконечно богатую определённость, следует её конечность и наличие у каждой вещи границы. Одновременное пребывание всего бесконечного множества отдельных вещей в состоянии разграниченной и разной определённости составляет философскую категорию «качество».

Однако, поскольку все вещи, предметы, тела, частицы, процессы и так далее, в первую очередь материальны, то есть у всей материи во всех её бесконечно разнообразных формах наблюдается нерушимое единство в её материальности, постольку существенные выражения одних качеств в других качествах, называемые свойствами, периодически совпадают. Такие совпадения существенных свойств качеств, то есть сущностей, обозначаются категорией «количество». Несущественные проявления качества, то есть несущностные свойства вещи, могут утрачиваться, появляться, возникать вновь при сохранении одного и того же качества и, стало быть, не влияют на количество.

«Поскольку вся материя находится в непрерывном движении, постольку она порождает бесконечное число „соударений“, т.е. сочетаний своих элементов в бесконечном пространстве и времени. Поэтому материя ни на мгновение не остаётся неизменной и, следовательно, в любой последующий момент времени материя не равна самой себе и является нам в своей новой неповторимой определённости. Однако, на каждое взаимодействие единиц материи уходит какое-то время и предыдущая определённость формы некоторое время сохраняется. Поэтому на каждом отрезке времени и в каждой точке пространства определённость бытия конкретна, особенна и фиксированна.
Поэт советует: „Не думай о секундах свысока“. Действительно, для человека с ограниченными умственными задатками к отражению, секунда выглядит смехотворно малой единицей времени. И поэтому, если сказать, что в течении одной секунды в мироздании происходит бесконечное множество изменений, то демократ в это никогда не поверит. Между тем, если взять секунду в минус миллиардной степени, то и в этот промежуток времени в бесконечном пространстве неизбежно происходит бесконечное множество актов смены форм определённости.
Иными словами, время для философа и время для демократа — это „две большие разницы“.
Для обозначения факта пребывания отдельных единиц материи в состоянии разной определенности, принята категория качество. Познающий субъект, к числу качественно разнородных предметов, относит те, которые являются противоположными по своей сущности. Материальная природа, общая для всех вещей, тел и частиц является фундаментом для периодического совпадения их свойств, что порождает эффект количества.
Иначе говоря, совпадение качеств конкретных материальных образований, их одинаковость в существенном, позволяет применять категорию количество. Поэтому качество всегда имеет и некоторую количественную определенность. Количественные изменения происходят только в рамках уже определенного качества.
Таким образом, в пределах вопроса о познаваемости мира, качество первично, количество вторично. Если бы в природе не существовало качества, то говорить о количестве было бы невозможно. Поэтому один из известных законов философии правильнее трактовать не как закон перехода количественных изменений в качественные, а как закон взаимосвязи качественных и количественных изменений» — Подгузов.

Следует понимать, что «количество» — это не просто величина чего-либо. Количество — это величина какого-то определённого качества, причём для правильного понимания категории «количества» нужно отбросить математизацию суждений.

«Дефиниция величины, даваемая в математике, касается также определенного количества. Обычно определяют величину как нечто, могущее увеличиваться или уменьшаться. Но увеличивать — значит сделать так, чтобы нечто было более велико, а уменьшать — сделать так, чтобы нечто было менее велико. В этом состоит отличие величины вообще от нее же самой, и величиной было бы, таким образом, то, величина чего может изменяться. Дефиниция оказывается постольку негодной, поскольку в ней пользуются тем самым определением, дефиниция которого еще должна быть дана. Поскольку в ней нельзя употреблять то же самое определение, постольку „более“ или „менее“ должны быть разложены на некоторое прибавление как утверждение (и притом, согласно природе определенного количества, столь же внешнее утверждение) и на некоторое убавление как некоторое столь же внешнее отрицание. К такому внешнему способу и реальности, и отрицания определяет себя вообще природа изменения определенного количества. Поэтому нельзя в указанном несовершенном выражении не усмотреть тот главный момент, в котором все дело, а именно безразличие изменения, так что в самом его понятии содержится его собственное „меньше“ и „больше“, его безразличие к самому себе» — Гегель.

Полностью: https://prorivists.org/methodology_physics/

О значении методологии для физиков и не только

prorivists.org

Comments for this post were locked by the author