April 5th, 2019

Произошло что-то непонятное

Ну вот, похоже, теперь все более или менее как у людей. Только кто-то не совсем понимает, каким образом это случилось.



Дмитрий Песков требует разъяснений. Пресс-секретарь президента России не понял, откуда у Росстата информация, что россиянам не хватает денег на обувь. Данные о том, что у трети российских семей нет денег на приобретение обуви по сезону, были опубликованы Федеральной службы государственной статистики (Росстат).”1

Collapse )

Диалектика выбора

«Свобода» выбора - это едва ли не основная буржуазная «свобода», пропагандируемая наравне со «свободой» слова и совести. Возможность «выбирать» при капитализме провозглашается буржуазными идеологами чуть ли не основным благом. И, наоборот, одним из основных «злодейств», приписываемых коммунизму, объявляется то, что коммунисты, якобы, лишили людей «права выбора». Дескать, и кандидат на выборах всегда был один, и сортов колбасы на полках меньше, чем при капитализме, и работу даже выбирать было нельзя, поскольку существовало распределение. В общем, советский человек, якобы, сильно страдал от всего этого, и поэтому выбрал капитализм. Спроси любого современного апологета буржуазии, чем был плох СССР, он, не задумываясь, на первое место поставит «пустые прилавки», явно проигрывавшие изобилию выбора между соевым и почти натуральным мясом в капиталистических супермаркетах.

Однако очевидно, что выбор выбору рознь. Советский рабочий или интеллигент, выбравший колбасу, вместо социализма, и рабочий, выбравший борьбу за коммунизм в 1917 году - это, как говорится, две большие разницы. А, значит, дело все-таки не в самом выборе как функции человеческого сознания, а в его правильности, в объективной верности принятого в результате выбора решения.

В буржуазной философии категория «выбор» связывается с категорией «свобода». Если «свободен», то имеешь «право выбора» и наоборот. Такое понимание основано на неверном понимании категории «свобода» во всех формах буржуазной, идеалистической философии. Свобода понимается как своего рода броуновское движение, как возможность хаотичного, ни от чего, якобы, не зависимого поведения. Источник такой свободы, якобы, «воля индивида», непонятно откуда взявшаяся. Не иначе как от божественного провидения.

Во всех формах идеализма сознание первично, а потому, к примеру, «свобода» сводится к определенному состоянию «духа». Материалистическая диалектика, наоборот, доказала, что человеческое сознание есть ни что иное, как подтверждаемое практикой всё более верное отображение объективной реальности. Чем более это отображение верно, чем большее количество объективных законов человеком познано, тем человек свободнее от неожиданных сюрпризов. Именно в этом суть тезиса о свободе как осознанной необходимости. Чем более развито научное мировоззрение, тем меньшим рабом по отношению к объективной реальности является человек.

Очевидно, что, научное понимание свободы в корне опровергает идеалистический тезис об обусловленности свободы возможностью выбора. Ведь если объективная истина касательно того или иного явления известна, то вопрос о выборе вообще не встает. Ведь истина конкретна, а не двойственна. Выбор же предполагает наличие, как минимум, двух вариантов. Таким образом, познание объективной истины, в принципе снимает необходимость выбора. И если перед человеком встает вопрос выбора, то это как раз означает, что объективная закономерность не познана, а потому он вынужден действовать наобум. Свободным его считать уж точно нельзя. Словосочетание «свобода выбора», таким образом, - это тавтология. Чем более свободен человек, тем, на самом деле, меньше необходимость выбора.

Соответственно, и возможность самостоятельно принимать решения тоже никак не является показателем свободы индивида. Ведь самостоятельно принятое, но при этом неправильное решение никакого счастья человеку не принесет. Регулярно самостоятельно голосующий на «выборах» за очередного представителя интересов эксплуататоров обыватель, по сути, ничем не отличается от раба, такого права не имевшего.

Именно поэтому коммунисты и говорят, что само право выбора, взятое абстрактно, не заслуживает ни малейшего уважения. Уважения заслуживает только ВЕРНЫЙ выбор, то есть способность человека сознательно принимать верное решение, отбрасывая все лишнее. И наша задача - бороться не за то, чтоб у пролетария было право выбора вариантов рыночной эксплуатации, а за то, чтоб помочь пролетариату вооружиться научным видением победоносных направлений своей борьбы, то есть, чтоб сама проблема выбора перед человеком в принципе не стояла.

Разглагольствуя о выборе, буржуазные идеологи, безусловно, о сущности данной категории предпочитают умалчивать, либо опошляя выбор до чисто вкусовых предпочтений, либо нагло обманывая обывателя насчет его перспектив в условиях капиталистического хозяйства. Ведь даже если брать чисто бытовой аспект выбора, так ли много его у большинства, то есть у наемных работников, пролетариев умственного и физического труда? Капиталистическая система, кичащаяся «возможностью выбора», на деле, большинству выбора-то и не оставляет. Ведь, во-первых, место каждого в системе производственных отношений практически предопределено, а, во-вторых, выбор по вкусовым предпочтениям определяется толщиной кошелька. Кроме того, любая толщина кошелька и без того мало развитого, узкоподготовленного в научном плане индивида предполагает необходимость выбора из массы лишь внешне отличающихся товаров.
Для начала, о первом. Collapse )