mmikhailm (mmikhailm) wrote,
mmikhailm
mmikhailm

ОТНОШЕНИЕ КАПИТАЛИСТОВ И РАБОЧИХ

https://vk.com/@prorivists-chto-takoe-revoluciya?w=wall-156278021_5299


Обмен определяется как сделка между двумя участниками, при которой каждый отдаёт другому что-нибудь, чего желает не так сильно, как вещь, которую получает в обмен. Так, каждый работающий по найму обменивает свой труд на некоторую сумму денег, потому что он предпочитает работать и получать деньги, чем оставаться праздным и голодать. В свою очередь капиталист предпочитает отдать свои деньги за известное количество труда, чем истратить их на себя, ибо он продаёт или обменивает продукт этого труда за большую денежную сумму, чем он уплатил за этот труд, и получает таким способом возможность не только проводить жизнь в праздности, но и в то же время увеличивать свой запас богатства. Капиталисты, как мы видели, называют такого рода обмен «сделкой которая выгодна обеим обменивающимся сторонам, и, следовательно, общество есть состояние, представляющее для всех его членов непрерывный ряд выгод».

Производительные классы не могут уделить слишком много внимания вопросу о меновых сделках, потому что нарушение капиталистом именно этого третьего условия в большей мере, чем все остальные причины, вместе взятые, порождает и упрочивает неравенство условий и бросает рабочего связанным по рукам и ногам на жертвенный алтарь Маммона. По самой природе труда и обмена строгая справедливость требует, чтобы выгоды обменивающихся были не только взаимны, но и равны. Существуют только две вещи, которые люди могут между собой обменивать, а именно: труд и продукты труда. При справедливой системе обмена стоимость всех продуктов определялась бы полной совокупностью издержек их производства, и равные стоимости всегда обменивались бы на равные стоимости. Например, если шляпник, употребляющий один рабочий день на производство шляпы, и башмачник, изготовляющий за то же время пару башмаков (предполагается, что оба употребляют сырьё одинаковой стоимости), обмениваются между собой этими продуктами, то полученная ими выгода от этого обмена будет взаимна и в то же время равна. Здесь выгода для одной стороны не может быть убытком для другой, так как обе доставили одинаковое количество труда и употребили материалы одинаковой стоимости. Но если бы при тех же предположенных выше условиях шляпник получил две пары башмаков за одну шляпу, то очевидно, что обмен был бы несправедлив. Шляпник надул бы башмачника на один рабочий день и, поступая таким же образом во всех своих меновых сделках, получил бы за свой полугодовой труд продукт целого года труда другого лица. До сих пор мы всегда следовали этой в высшей степени несправедливой системе обмена: рабочие отдавали капиталисту труд целого года в обмен на полугодовую стоимость. Именно отсюда, а вовсе не из предполагаемого неравенства физических и умственных сил индивидов произошло неравенство богатства и власти. Неравенство обмена, различие цен при покупках и продажах могут существовать лишь при том условии, что капиталисты навсегда останутся капиталистами, а рабочие — рабочими; одни — классом тиранов, другие — классом рабов. При равенстве обмена ни один человек не мог бы существовать за счёт других, как это имеет место ныне, и также не было бы возможности, чтобы один класс присваивал продукт труда другого класса, как ныне капиталисты присваивают и используют богатство, ежедневно создаваемое силами рабочих. Именно неравенство обмена обеспечивает одному классу возможность жить в роскоши и ничегонеделании и обрекает другой класс па непрерывный тяжкий труд. При нынешней несправедливой и беззаконной системе обмен не только не обеспечивает взаимной выгоды всех участников, как утверждают представители политической экономии, но и, как явствует из самой природы обмена, в большинстве сделок между капиталистом и производителем нет вообще никакого обмена. В самом деле, обмен означает передачу одной вещи за другую. Но что именно даёт капиталист, фабрикант или земельный собственник в обмен на труд рабочего? Труда капиталист не даёт, ибо он не работает; не даёт он и капитала, так как его запас богатства постоянно возрастает. Бесспорно, что капиталист может отдать только либо свой труд, либо свой капитал в обмен на труд рабочего, и если, как мы ежедневно наблюдаем, капиталист не даёт никакого труда, а его первоначальный запас капитала не убывает, то по сути дела он не имеет ничего для обмена, что составляло бы его собственность. Эта сделка между капиталистами и рабочими ясно показывает, что за недельный труд рабочего капиталисты и собственники дают ему лишь часть богатства, полученного ими от него же в течение предыдущей недели другими словами, они получают от рабочего нечто, не давая ему за это ничего.

Такой деловой метод, находящийся, правда, в согласии с установленными обычаями нынешней системы, ни в какой мере не соответствует представлениям рабочего о справедливости. Богатство, которое капиталист якобы отдал в обмен на труд рабочего, не было произведено ни трудом капиталиста, ни его имуществом, а было первоначально создано трудом рабочего и ежедневно отнимается у него посредством мошеннической системы неравного обмена. Таким образом, вся сделка между рабочим и капиталистом оказывается чистым обманом малом, простой комедией: в действительности это по большей части не что иное, как бесстыдный, хотя и узаконенный, грабёж, с помощью которого капиталисты и собственники добиваются власти над производительными классами и высасывают из них все их средства к существованию. Кто не участвует в производстве, тот, по справедливости, не может никогда стать участником обмена, ибо у него нет источника для получения чего-либо и, следовательно, нет ничего, что он мог бы предложить в обмен. Ни один человек не обладает каким-либо естественным и врождённым богатством в себе самом, он обладает лишь способностью к труду. Стало быть, если кто-либо владеет каким-нибудь богатством как продуктом труда — капиталом, а сам при этом никогда не использовал своей способности к труду, другими словами, никогда не трудился, то богатство, которым он владеет, не может по справедливости принадлежать ему. Оно должно принадлежать лицам, которые произвели его своим трудом, ибо капитал не возникает сам собой. Те громадные накопления, которые имеются в настоящее время в Англии, не могут быть собственностью капиталистов пи по принципу создания их, ни по принципу обмена, поскольку эти накопления не являются продуктом труда ни нынешних капиталистов, ни их предшественников и никогда не были им даны в обмен на какой-либо труд. Равным образом они не могут принадлежать им по праву наследования, ибо, будучи созданы народом, они могут быть по справедливости унаследованы лишь народом в целом. Итак, как ни смотреть на дело, а не увидишь ни одного крупного богатства, которое не было бы хищнически сколочено. Всякая сделка между человеком труда и человеком денег запечатлена обманом и несправедливостью.

(…) Итак, из рассмотрения причин, породивших нынешнее положение вещей, ясно, что, какую бы форму правления вы ни установили, какой бы чисто политической властью вы ни обладали, никогда не может быть равенства прав и законов ни у нас, ни у людей любого другого народа, пока общественные учреждения и обычаи ставят выгоду одного человека в зависимость от потери другого и отдают один класс в силу его положения во власть другого класса. Сколько бы вы ни проповедовали во имя морали и братской любви о том, что мы должны поступать так, как хотели бы, чтобы поступали с нами, но, несомненно, что люди никогда не смогут жить вместе в единстве и взаимной братской любви, не имея общей цели и не установив подлинной взаимности выгод; равным образом очевидно, что такая взаимность несовместима с неравенством обмена и неравенством вознаграждения за одинаковые услуги.

Большая масса принадлежащих к производительным классам считает всеобщее избирательное право или установление республиканской формы правления великим средством против причиняемых им несправедливостей. Но, как было показано, эти несправедливости возникают из более глубокого источника, чем форма правления, и потому не могут быть устранены путём каких-либо чисто политических реформ. При нынешней социальной системе весь рабочий класс зависит от капиталиста или нанимателя в отношении средств труда, а там, где один класс в силу своего положения в обществе зависит от другого класса в отношении средств труда, он равным образом зависит от него и в отношении жизненных средств. А это положение вещей до такой степени противоречит самому назначению общества и настолько возмутительно с точки зрения разума, справедливости и естественного равенства прав, что ни на одну минуту невозможно ни оправдывать, ни защищать его. Оно наделяет отдельного человека могуществом, которым не должен обладать ни один смертный. Имущественное неравенство даёт человеку эту власть над его собратом, и, стало быть, это неравенство, а не особые формы правления, составляет великое зло. Неравенство обмена, являясь источником неравенства имуществ, есть тайный враг, который нас пожирает. Никакая чисто политическая реформа не в состоянии затронуть нынешнюю социальную систему, не в состоянии изменить относительное положение предпринимателей и рабочих, не в состоянии как-нибудь повлиять на неравенство условий. Поэтому все такие реформы иллюзорны, какими бы широкими они ни казались, и по существу не могут иметь никакой ценности, разве только в той части, в какой они касаются личной свободы управляемых. При существующем порядке рабочие классы, каковы бы ни были их ум, их нравственные качества или их трудолюбие и политическая сила, обречены и осуждены на безнадёжное и непоправимое рабство до скончания мира!
====
Наш комментарий: по нашему мнению абсолютное большинство современных левых подпишется под этими словами, тогда как несмотря на всю колкость и яркость, данное произведение к марксизму никакого отношения не имеет. Это написал рабочий-наборщик Джон Френсис Брей в 1839 году. Рекомендуем его книгу «Несправедливости в отношении труда и средства к их устранению» к ознакомлению.

Подобно тому как Брей пытался выработать «правильный» обмен, где бы «честно-честно» одно количество труда обменивалось на точно такое же количества труда (что, вообще говоря, довольно нелепая мысль даже безотносительно покупки рабочей силы, ибо двух абсолютно одинаковых вещей во вселенной не существует и существовать не может в принципе), так и профессор Попов сегодня пытается убедить пролетариат бороться за приведение цены рабочей силы, т. е. зарплаты, к её стоимости. И если Брей пользовался неверными категориями Смита и Рикардо, то Попов пользуется неверно понятными им категориями «Капитала» (http://www.rpw.ru/ipd/popov_z.html).

Поразмышлять о неправоте красного профессора, а также о товаре, стоимости, капитале и собственности следует вместе с данными цитатами — https://prorivists.org/thesaurus/#goods

Пы Сы
Любой класс имеет свой классовый интерес. Но "борьба" за свои "классовые интересы" - есть "борьба" за сохранение себя как класса и за сохранение классов вообще. Пролетариат же, может освободить себя только путём уничтожения самих условий, порождающих его как класс. Это и есть историческое призвание современного пролетариата и это никак нельзя назвать классовым интересом. Осознание этого и есть первый шаг к превращению пролетариата из класса "в себе" в рабочий класс и дальнейшему полному искоренению классового деления. Исполнить своё историческое предназначение, пролетариат может только под руководством коммунистической партии, направляющей борьбу пролетариата а затем и рабочего класса, не за свои классовые интересы как таковые, а за коммунизм.
Tags: Типа - "оппозиция", Фото Видео Цитаты, Что делать?
Subscribe
Comments for this post were disabled by the author